Ученые приблизились к пониманию причины женского бесплодия

17 мая 2018



Для состояния, от которого страдает до 10% женщин репродуктивного возраста во всем мире, синдром Штейна—Левенталя, или склерокистозная болезнь яичников, или синдром поликистоза яичников (СПКЯ) остается достаточно мало изученным. Данный синдром является ведущей причиной женского бесплодия, а также повышает риск метаболических проблем, таких как диабет второго типа. Кроме того, он имеет высокую степень наследуемости: у сестры страдающей этим недугом женщины есть как минимум 20% -ный шанс тоже заболеть, а риск для однояйцевых близнецов еще выше.

Выпячивание кист из стенки яичника. Это является патогномоничным признаком синдрома поликистозных яичников, который может быть вызван нарушениями в околоплодной среде.

Несмотря на то, что есть множество симптомов СПКЯ, таких как отсутствие овуляции, кисты яичников и избыточный рост волос на лице и теле — никто, кажется, не знает, как это начинается. Это связано с генами? С окружающей средой? Последнее время исследователи рассматривают третью категорию причин: внутриутробную жизнь. Появляется все больше и больше доказательств того, что, если у будущей мамы есть СПКЯ, ее переживания, связанные с будущим ребенком, трансформируются в гормоны, которые поступают в матку, что может вызвать синдром у родившейся девочки много лет спустя. В частности, несколько исследований на беременных животных показали, что подвергая их воздействию гормонов, таких как тестостерон, которые женщины с СПКЯ производят на более высоких уровнях, приводит к отсутствию овуляции и других симптомов СПКЯ у самок приплода.

Статья, опубликованная 14 мая 2018г в Nature Medicine, основывается на этих доказательствах. Беря за основу факты, полученные в результате наблюдения за мышами, ученые предположили, что взаимодействие между гормоном, продуцируемым яичниками, и набором нейронов в мозге мамы может быть каскадным процессом, разрушающим ферменты в плаценте и, в конечном итоге, вызывая симптомы СПКЯ у ее потомства.

Тем не менее, неясно, приложимы ли гормональные эффекты у грызунов к беременным женщинам. И на данный момент эта работа не способна помочь внутриутробной профилактике СПКЯ.

В поисках более глубокого понимания данного состояния, Паоло Джакобини, нейроэндокринолог из Университета Лилля во Франции, сосредоточился на антимюллеровом гормоне (АМГ), гормоне, ограничивающем процессы чрезмерного роста в репродуктивных органах как мужского, так и женского организмов, который вырабатывается первичными фолликулами яичника. Женщины с СПКЯ имеют избыток этих фолликулов, и поэтому у них производится больше AMГ. Группа Джакобини ранее обнаружила, что AMH может воздействовать на набор нейронов в мозге, что затем вызывает высвобождение лютеинизирующего гормона (ЛГ) частью гипофиза. У здоровых женщин подъем ЛГ вызывает овуляцию, но у женщин с СПКЯ этот гормон постоянно находится на высоком уровне, что ведет к подавлению овуляции и повышению уровня тестостерона, а это два самых характерных отличительных признаков синдрома.

Вначале Джакобини и его коллеги собрали в пробирки стеклянные образцы крови женщин, находящихся во втором триместре беременности из четырех групп: женщины без СПКЯ с ожирением и без него, и женщины с СПКЯ с ожирением и без. Как правило, уровни AMГ падают во время беременности, потому что яичники не активны. В группе худых, страдающих СПКЯ уровни AMГ были примерно в два-три раза выше, чем в трех других группах. Неизвестно, почему у женщин с ожирением и с СПКЯ не наблюдается высоких уровней AMГ.

Затем группа Джакобини перешла к экспериментам на мышах. Они ввели самкам в конце беременности AMГ, чтобы добиться относительно такого же высокого уровня гормона, как и у женщин, которых они изучали. У самок приплода появились симптомы, напоминающие СПКЯ, такие как редкая овуляция и высокий уровень тестостерона. Дополнительные исследования привели к мысли, что избыточный тестостерон у матерей пересекал плаценту и затрагивал плоды. Группа теоретически предположила, что AMГ понижает уровень ароматазы, фермента в плаценте, который обычно превращает тестостерон в одну из форм эстрогена. С уменьшением активности ароматазы, дополнительный тестостерон попадал в околоплодные воды и создавал благоприятную среду для развития у женских плодов СПКЯ.

Хотя исследователи СПКЯ согласны с тем, что данная работа, основанная на опытах с беременными самками мышей является очень интересной и перспективной, они не готовы согласиться с тем, что выводы могут оказаться верными и в отношении СПКЯ у женщин. «Мы не знаем, происходят ли все эти вещи у людей», — говорит Джеффри Чанг, репродуктивный эндокринолог из Калифорнийского университета (Сан-Диего). «Например, плацента человека содержит гораздо больше ароматазы, чем мышиная, а значит, в человеческом организме труднее подавлять активность ароматазы. Нужно огромное количество тестостерона, чтобы это произошло, даже если часть ароматазы плаценты была бы не в рабочем состоянии», — говорит Джером Штраус, репродуктивный эндокринолог из Университета штата Вирджиния в Ричмонде. «Переносимость модели на людей очень сложно», — добавляет он.

Тем не менее, один из результатов исследования — худые животные и женщины с СПКЯ являются значительной подгруппой тех, у кого имеется синдром, заставляет задуматься. Предыдущие работы, которые были посвящены внутриутробному развитию, фокусировали внимание на метаболической ненормальности, которая намного более ожидаема у женщин, страдающим СПКЯ и избыточным весом, у которых повышен риск развития диабета во время беременности.

Это показывает, что возможно, что «даже худенькая мама может запрограммировать плод», говорит Даниэль Даумиш, репродуктивный эндокринолог из Лос-Анджелеса. Это открытие подтверждается, по его словам, анализом крови, который показал высокие уровни AMГ у беременных женщин с СПКЯ. Однако большинство согласны с тем, что тестостерон, который AMГ также повышает через каскад процессов, вероятно, является ключевым виновником болезни. Эта новая работа — еще одно доказательство теории, предполагающей, что гормоны, такие как тестостерон, подпитываясь дополнительным AMГ, могут проложить путь для развития у плодов СПКЯ, говорит Сью Моентер, физиолог из Мичиганского университета в Анн-Арборе. Джакобини с коллегами сейчас изучают, могут ли вмешательства, направленные на профилактику синдрома, работать в разном возрасте у мышей, — стратегия, более безопасная, чем введение модулирующих гормонов во время беременности, что является очень опасным.